Мои коллеги, люди научного толка, как и я предпочитали беседе возню с образцами, микроскопами и компьютерами. По этому мой круг общения был ограничен и редко при разговоре мы затрагивали темы не связанные с работой. Кто-то бы полез на стену от таких отношений, но только не я. Наоборот, мне нравилось, что я был окружен такими же помешанными, наслаждаясь замкнутостью и преданностью работе каждого. Ученые вообще большие зануды.
Одним майским утром, я был крайне удивлен, когда Дейв Синклер, старший ассистент, вдруг сел на край моего стола.
-- Слышал, в Ридлейбанк эпидемия, - обратился он ко мне.
-- Что? – промямлил я, отрываясь от монитора и больше удивленный тем, что кто-то отважился нарушить запрет на общение, чем самой новостью. Я поднял глаза на Синклера - у него был обеспокоенный вид.
-- Какой-то вирус, что-то вроде птичьего гриппа. Говорят, военные хотят закрыть район на карантин. Там больничные койки забиты и уже есть несколько трупов. Поговаривают, что это дело рук НекроТек, - добавил Синклер уже шепотом.
Мне понадобилось какое-то время, чтобы переварить эту информацию. НТ для многих была фигурой одиозной, то и дело в газетах появлялись "сенсационные" репортажи о секретных вирусных разработках, о таинственных заболеваниях в Африке, к которым якобы приложила руку корпорация, о запрещенных бактериологических экспериментах, о вирусной угрозе и много еще чего с толстым грифом "секретно". Впрочем, качество этой бульварной прессы оставляло желать много лучшего, как и доверие к информации на ее страницах.
Но, работая в НекроТек и слушая эту очередную "газетную утку" от своего коллеги – невольно смотришь на вещи иначе. Для меня корпорация оставалась огромным айсбергом, владельцы которого благодушно разрешили присесть на его краешек.
-- Бьюсь об заклад, в вечерних новостях расскажут какую-нибудь чушь, вроде утечки газа или отравлениях, - добавил Синклер; похоже, его забавлял этот факт.
-- С чего ты решил, что это дело рук НТ? – спросил я низким голосом и неожиданно почувствовал себя заговорщиком.
-- Такое уже случалось, я тут не первый год работаю. Позапрошлой осенью тоже была ситуация. Утечка в железнодорожном пакгаузе в Даннингвуд. Что-то там взорвалось при транспортировке оборудования НТ, и в госпитале оказались два десятка рабочих и служащих пакгауза. Это было в новостях, корпорация взяла ответственность на себя – объявили как производственную халатность. Видимо скрыть не удалось. Правда и огласка была чисто номинальной.
-- Может, не чего было скрывать? - заметил я.
-- Я знаю, о чем говорю, – холодно заверил Синклер, давая понять, что рассказал далеко не все подробности. И кашлянув, добавил, - Я работал неподалеку. На удивление, ни один из работников НекроТек не пострадал – странно, не правда ли? Зато всех обязали пройти какую-то вакцинацию, под видом медосмотра.
Я открыл рот, чтобы прокомментировать, но неожиданно поймал себя на мысли, что такие разговоры могут стоить мне места, и решил промолчать. Неловкая, напряженная пауза была прервана зуммером интеркома на моем столе – вызывали в лабораторию. Я облегченно вздохнул.
Нельзя сказать, что этот разговор оставил меня равнодушным. Не знаю даже почему, но я все последующие дни прислушивался к разговорам, надеясь узнать еще подробности об аварии в Ридлейбанк. Официальные власти все объясняли неожиданно сильной весенней эпидемией гриппа, местные газеты и телевидение высказывались в пользу этой версии, столичный "Глобал Трибьюн" ограничился лишь короткой заметкой.
Тем временем кварталы Ридлейбанк и близлежащие Баррвиль и Роачтаун, были переведены в карантин. Страх перед болезнью пополз по улицам, они опустели и город наводнили полицейские патрули. Люди смотрели друг на друга усталыми глазами, нервно поправляя инфекционные повязки, осторожно жалуясь на карантин, эпидемию, власти.
Город наполнился томящей тревогой, противным, тяжелым комом застрявшей в горле каждого его жителя.
О количестве смертей сообщали очень туманно и конкретные цифры либо не назывались, либо назывались все время разные. Городские власти бодрились, всячески пытаясь избежать положения чрезвычайной ситуации, призывая избегать паники и обещая скорое исправление ситуации.
К общей мрачной атмосфере добавились косые, сильные дожди, лившие целыми днями; свинцовое небо приобрело какой-то апокалиптический оттенок.
В свободное время, я пытался почерпнуть информацию об истории НекроТек, прошлых утечках, авариях, любых странностях – но без особого успеха. Все события окружающие НТ были очень скудно освещены и плотно укутаны в информационный вакуум. Синклер, с которым я был знаком чуть лучше, был все время занят в "анатомичке" и мне не удавалось перехватить его, чтобы расспросить, а прочие коллеги по НекроТек не спешили развязывать языки. В конечном итоге, я бросил это занятие, почувствовав что ищу не с того конца.
Одним майским утром, я был крайне удивлен, когда Дейв Синклер, старший ассистент, вдруг сел на край моего стола.
-- Слышал, в Ридлейбанк эпидемия, - обратился он ко мне.
-- Что? – промямлил я, отрываясь от монитора и больше удивленный тем, что кто-то отважился нарушить запрет на общение, чем самой новостью. Я поднял глаза на Синклера - у него был обеспокоенный вид.
-- Какой-то вирус, что-то вроде птичьего гриппа. Говорят, военные хотят закрыть район на карантин. Там больничные койки забиты и уже есть несколько трупов. Поговаривают, что это дело рук НекроТек, - добавил Синклер уже шепотом.
Мне понадобилось какое-то время, чтобы переварить эту информацию. НТ для многих была фигурой одиозной, то и дело в газетах появлялись "сенсационные" репортажи о секретных вирусных разработках, о таинственных заболеваниях в Африке, к которым якобы приложила руку корпорация, о запрещенных бактериологических экспериментах, о вирусной угрозе и много еще чего с толстым грифом "секретно". Впрочем, качество этой бульварной прессы оставляло желать много лучшего, как и доверие к информации на ее страницах.
Но, работая в НекроТек и слушая эту очередную "газетную утку" от своего коллеги – невольно смотришь на вещи иначе. Для меня корпорация оставалась огромным айсбергом, владельцы которого благодушно разрешили присесть на его краешек.
-- Бьюсь об заклад, в вечерних новостях расскажут какую-нибудь чушь, вроде утечки газа или отравлениях, - добавил Синклер; похоже, его забавлял этот факт.
-- С чего ты решил, что это дело рук НТ? – спросил я низким голосом и неожиданно почувствовал себя заговорщиком.
-- Такое уже случалось, я тут не первый год работаю. Позапрошлой осенью тоже была ситуация. Утечка в железнодорожном пакгаузе в Даннингвуд. Что-то там взорвалось при транспортировке оборудования НТ, и в госпитале оказались два десятка рабочих и служащих пакгауза. Это было в новостях, корпорация взяла ответственность на себя – объявили как производственную халатность. Видимо скрыть не удалось. Правда и огласка была чисто номинальной.
-- Может, не чего было скрывать? - заметил я.
-- Я знаю, о чем говорю, – холодно заверил Синклер, давая понять, что рассказал далеко не все подробности. И кашлянув, добавил, - Я работал неподалеку. На удивление, ни один из работников НекроТек не пострадал – странно, не правда ли? Зато всех обязали пройти какую-то вакцинацию, под видом медосмотра.
Я открыл рот, чтобы прокомментировать, но неожиданно поймал себя на мысли, что такие разговоры могут стоить мне места, и решил промолчать. Неловкая, напряженная пауза была прервана зуммером интеркома на моем столе – вызывали в лабораторию. Я облегченно вздохнул.
* * *
Нельзя сказать, что этот разговор оставил меня равнодушным. Не знаю даже почему, но я все последующие дни прислушивался к разговорам, надеясь узнать еще подробности об аварии в Ридлейбанк. Официальные власти все объясняли неожиданно сильной весенней эпидемией гриппа, местные газеты и телевидение высказывались в пользу этой версии, столичный "Глобал Трибьюн" ограничился лишь короткой заметкой.
Тем временем кварталы Ридлейбанк и близлежащие Баррвиль и Роачтаун, были переведены в карантин. Страх перед болезнью пополз по улицам, они опустели и город наводнили полицейские патрули. Люди смотрели друг на друга усталыми глазами, нервно поправляя инфекционные повязки, осторожно жалуясь на карантин, эпидемию, власти.
Город наполнился томящей тревогой, противным, тяжелым комом застрявшей в горле каждого его жителя.
О количестве смертей сообщали очень туманно и конкретные цифры либо не назывались, либо назывались все время разные. Городские власти бодрились, всячески пытаясь избежать положения чрезвычайной ситуации, призывая избегать паники и обещая скорое исправление ситуации.
К общей мрачной атмосфере добавились косые, сильные дожди, лившие целыми днями; свинцовое небо приобрело какой-то апокалиптический оттенок.
В свободное время, я пытался почерпнуть информацию об истории НекроТек, прошлых утечках, авариях, любых странностях – но без особого успеха. Все события окружающие НТ были очень скудно освещены и плотно укутаны в информационный вакуум. Синклер, с которым я был знаком чуть лучше, был все время занят в "анатомичке" и мне не удавалось перехватить его, чтобы расспросить, а прочие коллеги по НекроТек не спешили развязывать языки. В конечном итоге, я бросил это занятие, почувствовав что ищу не с того конца.
Комментариев нет:
Отправить комментарий